#моя [не]идеальная жизнь - Софи Кинселла

– А «Аллерсонз» хотели притормозить?

– Нет! Они ее ждали! Ждали нас! Вероятно, они посылали имейлы, а Деметра на них отвечала. Но она как будто с луны свалилась. В конце концов они позвонили Адриану – вчера утром. А он ни сном ни духом!

– Значит… – Мозг лихорадочно работает. – А вы сказали об этом Деметре?

– Конечно! Вчера мы с ней много раз перезванивались и обсуждали эту тему. Но она, по-видимому, совсем запуталась – и это хуже всего. Она утверждала, будто не делала никаких ошибок и будто это вина «Аллерсонз». И пообещала, что, когда вернется из отпуска, это докажет. Но у нас есть электронные письма, доказывающие обратное. Все запуталось. Адриан отказывается иметь с ней дело, и все остальные тоже. Они считают, что из-за нее мы потеряли этот заказ. – У Алекса очень расстроенный вид.

– Так вот почему ее увольняют? – нажимаю я на него. – Из-за одного этого инцидента?

– Было и другое. Она лоханулась: отправила имейл не по тому адресу. Уверен, вы об этом слышали.

– Да, слышала.

– В результате ей пришлось долго плясать с бубном перед «Форест Фуд». А еще был большой промах с «Сенсикво»…

– Об этом я тоже слышала, – киваю я, вспомнив, как Роза кричала на Деметру в дамском туалете. – В общем, случайно подслушала.

– Она завоевала «Сенсикво», но потом снова все испортила. И вообще у нас так много жалоб на ее руководство, на ее манеру себя вести с подчиненными… – Он устало трет лоб. – Просто не понимаю. Я работал под началом Деметры на моем первом месте, и она была просто супер. Блестящий работник. Собаку съела на брендинге. Да, она всегда была немного импульсивной, немного рассеянной – но это же Деметра! И мы мирились с ее недостатками из-за гениальных идей. Она держала все под контролем. Но теперь… – Он вздыхает. – Я не знаю, что с ней случилось. И я выгляжу дураком, потому что взял ее на работу и заступался за нее…

– Вы называете это «заступаться за нее»? – недоверчиво спрашиваю я. – Приехать сюда, чтобы уволить Деметру во время отпуска?

– Я сделал для нее все, что мог, правда же? – Его темные глаза тоскливо глядят на меня. – Пусть уж лучше это буду я. Разве лучше, если она в понедельник придет на работу, а ее вызовут к Адриану? И все это произойдет на глазах у ее команды? Я сам вызвался сюда приехать – хотите верьте, хотите нет. Чтобы она могла сохранить достоинство… – Он не договаривает. – А разве вам не все равно? Я думал, что вы ее ненавидите.

– А, ну да, – спохватываюсь я. – Это она меня уволила, помните? Стерва. Так ей и надо.

– На самом деле она не стерва, – медленно произносит Алекс. – Я знаю, все так думают, – но они не правы. Ее винят во всех грехах, и я не понимаю, почему.

Мне хочется сказать: «Я знаю, что вы имеете в виду. Я начинаю видеть Деметру в другом свете». Но я же не могу так говорить! Поэтому срываю василек и обрываю все лепестки. Это моя дурная привычка.

– Кейти! – с укоризной произносит Бидди. – Оставь в покое бедный василек!

Я печально улыбаюсь. Как это похоже на Бидди – вот так меня поймать. Она входит в сад с тяжелым подносом, и я спешу ей на помощь. На подносе кофейник, чашка с блюдцем, молочник, две лепешки с вареньем, густые топленые сливки, кусок пирога «Лимонный дождь» и печенье с шоколадной крошкой.

– Боже мой, Бидди! – шепчу я, пока помогаю расставлять все это на железном садовом столе и раскрывать зонт от солнца. – Теперь он не умрет от голода, как ты думаешь?

– Мне хотелось его встретить как следует! – объясняет она шепотом. – Он же наш первый гость в B&B! Итак, мистер Эсталис! Пожалуйста, идите сюда и отведайте настоящего сомерсетского кофе. А потом я покажу вам вашу комнату.

Алекс растерянно присаживается. Но он сразу же очаровательно улыбается Бидди и хвалит все, что стоит на столе:

– О, лепешки! А варенье – оно домашнее?

В конце концов Бидди уходит в дом, и Алекс кладет себе на тарелку лепешку.

– Мне же все это не съесть, – замечает он. – Простите, но это просто невозможно. К тому же по дороге сюда я позавтракал, примерно час назад.

– Не беспокойтесь, – смеюсь я. – Бидди просто хотела вас встретить.

– А «встреча» на языке Сомерсета означает «несварение желудка»? – Алекс бросает взгляд на кувшинчик с густыми топлеными сливками, и меня снова разбирает смех.

– Нет, серьезно. Вы должны попробовать пирог «Лимонный дождь», – советую я. – Он изумительный.

– Непременно. Но не сейчас. Алекс заворачивает кусок пирога в салфетку, потом роняет руки на стол. – Хватит откладывать. Мне нужно это сделать. Вы знаете, где Деметра?

У меня екает сердце. Только бы не выдать!

– Пусть сначала Бидди покажет вам вашу комнату, – непринужденно предлагаю я. – Пожалуйста! Это не займет много времени. Она так взволнована, что вы приехали. Вообще-то… – Я колеблюсь. – Вы – первый гость в B&B.

– В самом деле? – удивляется Алекс. – А я думал, что у вас процветающий бизнес.

– Так и есть – я имею в виду глампинг. Но B&B – это новинка, и Бидди очень нервничает…

– Ну что же, я бы ни за что не хотел ее разочаровать. – Алекс отпивает глоток кофе. – Но я, вероятно, даже не воспользуюсь своей комнатой.

– Почему бы вам не заночевать? – Стараюсь не выдать своего разочарования. И вовсе я не разочарована! С какой стати?

– Я заказал комнату только на случай, если это дело займет больше времени, чем я ожидал. Разумеется, я уплачу, – поспешно добавляет Алекс. – Но в мои планы не входит оставаться на ночь. Не хочу затягивать это дело.

– Но вы все же оцените нас на «Трипэдвайзере»? – вдруг вырывается у меня.

Алекс смеется:

– Конечно. Десять звезд.

Я улыбаюсь в ответ:

– Пожалуй, не больше пяти.

– Ну тогда пять с половиной. – Он допивает кофе, потом лукаво смотрит на меня: – Итак, Кейти Бреннер, как у вас дела?

– Вы же сами знаете, – весело отвечаю я. – Вообще-то я безработная. – Он морщится, и я добавляю: – Нет, все хорошо. Я помогла папе наладить этот бизнес. И Бидди. Она моя мачеха, – поясняю я.

– Вы начинали с нуля?

– Да.

– И вас только трое?

Я киваю, и Алекс берет в руки буклет Энстерз-Фарм, который Бидди предусмотрительно оставила на подносе. С минуту изучает буклет, затем поднимает голову.

– Знаете что? Я видел это раньше. И я еще подумал: «Это похоже на работу Деметры». Вы определенно многому у нее научились. Мои поздравления.

Я ощущаю прилив радости.

– Спасибо. Да, кстати… Пожалуйста, не упоминайте при папе и Бидди, что знаете меня.

– Вот как? – Алекс смотрит на меня с озадаченным видом.

– Это… сложно. Они не в курсе, и что я знаю Деметру. Дело в том… – Я умолкаю.